Этот сайт использует «cookies». Также сайт использует интернет-сервис для сбора технических данных касательно посетителей с целью получения маркетинговой и статистической информации. Условия обработки данных посетителей сайта см."Политика конфиденциальности"

«Было ощущение чуда» — крымчане о Крымской весне

В этих мини-интервью простые крымчане рассказывают о том, что они думали, чувствовали и делали в период Крымской весны. Подборка будет обновляться и дополняться до 18 марта.

Александр Попов, 32 года

В феврале 2014 года, когда в Симферополе проходил один из первых митингов, мне позвонил мой знакомый и сказал: «Ты Фарион видел? Так вот я не хочу, чтобы мои дети учились при участии таких людей. Приходи на митинг». Это был митинг под стенами тогда ещё Верховной Рады Автономной республики Крым. Главный лозунг там был: Крым, вставай! Севастополь, вставай!

Потом я долго читал описание событий на Севастопольском форуме, наблюдал за событиями в городе в режиме реального времени. Как люди из Севастополя, Симферополя собирались в центре городов, чтобы отстоять свою позицию. Ну не понравилось нам то, что произошло в Киеве! Хотя, все эти 23 года мы жили и понимали, что живём мы не там. Зря Крым достался Украине.

Помню тот значимый для Крыма митинг 26 февраля, в нём я уже не участвовал. Проходил мимо по работе и понял, что некоторые его участники настроены очень агрессивно. Уже в конце дня прочитал в СМИ, что же там произошло. 

Потом началось становление крымской и севастопольской самообороны. Это было сообщество людей, неравнодушных к собственной судьбе и судьбе крымского народа. И одним из призывов был сбор гуманитарной помощи ополченцам. Помню, что пошёл в магазин за печеньем и чаем и при этом внимательно смотрел на производителей, чтобы они не были украинскими. В этот же день я встретил одного своего знакомого и понял, что наши мнения относительно сложившейся ситуации сильно расходятся. И время показало, что несмотря на то, что он родом из Луганска и всю жизнь прожил в Крыму, поддержал противоположную сторону и впоследствии вступил в украинский батальон «Азов». 

Дальше была информация о референдуме. Две недели Крым прожил в сумасшедшем напряжении и ожидании. И вот 18 марта, сидя на работе, смотрел прямую трансляцию подписания документа о вхождении Крыма и Севастополя в состав Российской Федерации. Возникло чувство гордости: мы сделали это! И выйдя на обед, попросил налить мне 50 грамм коньяку, потому как понял, что такой великий день нужно отметить особо. 

Виктор Безносов, 62 года 

Чем дальше река истории уносит нас от судьбоносных дней февраля-марта 2014 года, тем явственней становится грандиозность значения прошедших в Крыму событий. Как писал в свое время Сергей Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать – большое видится на расстоянии…» 

По прошествии трех лет, на фоне разрастающегося апокалипсиса на Украине, возвращение Крыма в родную гавань России видится чудесным спасением от неминуемой катастрофы. Мы помним кровавую украинскую зиму 2014 года: погибших в Киеве крымских беркутовцев, забитых и сожженных националистами 20 февраля (семи погибших и тридцати пропавших без вести) антимайдановцев из Крыма в автобусах под Корсунь-Шевченковским, погибших в стычках защитников Верховного Совета Крыма накануне принятия решения о проведении референдума. 

Крымчане не пустили эту кровавую чуму на свой полуостров, спасли своих детей и свое будущее от бандеровской идеологии и ненависти к русскому миру, от которого потом полыхала Одесса в мае и до сих пор погибает народ Донбасса и Луганска под артобстрелами и в терактах… 

Вспоминая лихие 90-ые годы, период испытаний и унижений киевской украинизацией, приходят на ум известные строчки из стихотворения Михаила Лермонтова: «Мы долго молча отступали, досадно было… боя ждали». Эта четверть столетия после развала СССР памятна попытками лишить нас связей с Россией, выжить из Севастополя Черноморский флот, перевести на державную мову обучение в вузах, судопроизводство, нотариат, делопроизводство предприятий, налоговую и статистическую отчетность… Заставляли нас учить псевдоисторию незалежности, в которой «Україна понад усе!» и утверждали, что «во всем виноваты москали». Нас лишали права самим решать свою судьбу! 

Постоянный представитель РФ в ООН Виталий Чуркин, отвечая на реплику представителя США в Совбезе, сказал очень точные и справедливые слова: «В Конституции США, провозгласившей независимость молодого государства, есть замечательная фраза «Мы – народ…»… Почему же так называемая «мировая общественность» не признает такого права за народом Крыма?! 

Если Украина не признает законным референдум 2014 года в Крыму на том основании, что он противоречит Конституции Украины, то с юридической точки зрения есть веские основания не признавать референдум Украины в декабре 1991 г., так как он противоречит итогам референдума в СССР в марте 1991г., где население союзного государства высказалось за сохранение единства страны… 

Кроме того, при выходе Украины из СССР был нарушен закон от 03.04.1990 г. №1409-I«О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР», статья 3 которого предусматривала проведение отдельного референдума в автономных образованиях союзных республик, народы которых сами должны были решить свою дальнейшую судьбу… 

Мы мечтали вернуться в Россию не потому, что там выше ВВП, зарплаты, не потому что там много нефти и газа. Мы не искали райское место, где будет тепло и сытно. Родина там, где рядом братья, где общая культура, общая история и судьба. 

Мы знаем, что предстоит много работы на десятки лет. Но это нас не пугает, мы будем строить свое будущее своими руками в составе России! 

Мы были пасынком Украины, теперь в России мы свои, мы – НАРОД! 

Крымчане отстояли свое право решать свою судьбу, выдержав энергетическую, железнодорожную и торговую блокаду украинских националистов, прекращение ими подачи воды из Днепра по построенному в советское время северо-крымскому каналу… Вопреки всему крымчане научились выходить из трудных ситуаций международных санкций и бойкота Западного мира. Мы отвечаем на них башенными кранами новостроек, трехсменным и круглогодичным строительством Керченского моста, возведением новых мощных ТЭС, обновлением и расширением воздушной гавани в Симферополе, бурным дорожным строительством, реконструкцией инфраструктуры городов и обновлением набережных на наших курортах, ежегодным наращиванием туристического потока.

Мы навсегда вернулись в Россию, мы чувствуем шефскую помощь ее регионов в восстановлении народного хозяйства, расширении сети современных клиник, ВУЗов, строительстве Храмов и Мечети, создании правовых условий для мирного развития всех народов, населяющих Крым. Никто и ничто не поколеблет нашей твердой уверенности в своем будущем, единым вместе с судьбой нашей Родины – России! 

Что же касается эмоций того времени, то пожалуй их трудно выразить на бумаге. Ведь так сложилось, что я родился в год, когда Крым был передан в состав Украинской ССР, через тридцать лет в Крыму родилась моя первая дочка, а еще через тридцать лет Крым вернулся в Россию… Всей душой я был за восстановление исторической справедливости, за возвращение русских крымчан в Русский мир, но не надеялся, что это произойдет еще при моей жизни и я сам стану свидетелем таких великих событий! Рад, что это удалось сделать малой кровью моих соотечественников, рад что у моих детей есть будущее без бандеры и шухевичей. Всей душой болею за дончан и луганчан, за всех живущих на Украине, кто сочувствует Русскому миру и ждет его защиты! 

Галина Гордеева, 54 года 

Начну с того, что, во-первых, никто не ожидал, что в Киеве начнётся государственный переворот. В те дни, я как депутат поселкового совета, присутствовала на различных собраниях, на которых мы твёрдо решили отстаивать свои крымские интересы, не допустить на полуострове той власти, которая совершает госпереворот.

Затем уже начали собираться люди и у нас в Крыму на площади Ленина и возле здания Верховного Совета. Что скрывать, были в те дни на площадях и митингах провокаторы, которые пытались спровоцировать людей, накаляли обстановку, но мы старались сдерживаться. Самое интересное, что у людей в те дни присутствовал огромный патриотический русский дух. Люди поверили, что можно отстоять свои права, побороть насильственную украинизацию, которая велась все те годы. Если же вспоминать непосредственно 26 февраля, то ощущения были боевые, несмотря даже на поступавшие порой прямые угрозы. Мы шли с Россией в сердце до конца и знали, что наша историческая Родина не бросит нас в беде. 

Ольга Михайловская, 33 года 

Признаюсь, поначалу было страшно, особенно в тот день, когда в аэропорту Симферополя появились, как тогда говорили, «зелёные человечки». Думаю, что не одна я приняла в то утро решение не отправлять детей в детский сад и школу. Перед глазами были ещё ужасы киевского «майдана» и появление непонятных людей сильно настораживало. 

Однако после того, как выяснилось, что это «вежливые люди», на душе сразу стало спокойнее. Была стопроцентная уверенность в том, что нас, крымчан, Россия в беде точно не бросит. А параллельно продолжая смотреть на кошмар, творящийся в Киеве, подобного развития событий у нас точно не хотелось, а хотелось мира и добра, а это мы могли получить только вернувшись на историческую Родину — Россию. О событиях, происходящих в центре Симферополя, больше узнавала сама, бывая в те дни в центре города. Да это была и не одна из «цветных» псевдореволюций, которые до этого происходили в разных государствах, а наше искреннее желание быть с Россией вместе и навсегда. 

Ольга Леонова, 38 лет 

Начиная с Крещенья было очень неспокойно, всё время митинги, митинги, митинги, телевизор показывал ужасное, оттуда говорили ужасное. 

Помню происходящее какими-то отрывками. Помню, как однажды в середине февраля с мужем, не пьянея и не закусывая, пили ночью на кухне коньяк и думали, как увозить детей из Крыма, чтобы вернуться и отстаивать полуостров. Было предчувствие большой крови, гораздо большей, чем в Киеве. Люди запасали консервы, мыло, антибиотики, кто мог, запасал патроны. К 20 февраля патронов в оружейных магазинах не было. 

23 февраля сформировалась оборона, туда шли простые мужики — записывались как на фронт и никто не знал, действительно ли всё окончится фронтом, но шли и стояли в очередях на запись на виду у всех, на площади. 

24 февраля на здании Верховного совета появился первый российский флаг — его под буквы на фасаде флагштоком засунули сами люди. И именно тогда впервые прозвучал слоган «РЕФЕРЕНДУМ». И этот слоган минут 10 скандировала толпа. 

26 февраля под Госсоветом были даже те, кто никогда не имел отношения ни к какой политике, множество знакомых оставляли детей дома и шли семьями в центр Симферополя. Помню лица Аксёнова и Константинова — больше никогда я у них таких лиц не видела: у них были лица переходящих Рубикон. 

После митинга, когда погибли несколько человек, было ощущение провала, полной неизвестности, ночь спала плохо и тревожно. А в полшестого раздался звонок: на Госсовете и Совмине флаги! Даже не надо было спрашивать, какие флаги. Всё было понятно. И было впечатление чуда, как будто ты падаешь в пропасть и внезапно кто-то подхватил тебя на руки. Можно было выдохнуть. 

И весеннее солнце, и в его лучах поблескивают фары больших машин с военными номерами, колоннами бороздящих дороги Крыма. Мы знали, кто в этих машинах. 

Наконец 18 марта. Это был сумасшедший день! В этот день я видела, как плачут большие сильные мужчины, отслужившие своё в МВД — плачут, размазывая шоферскими пальцами слёзы по лицу, и сквозь исплаканные глаза всё смотрят на Путина в телевизоре. И ГАИшники, распивающие шампанское на капоте своей служебной машины на трассе Симферополь-Ялта. И никто не может осудить ни тех, ни других. Никто. 

В те дни чётко проявились качества каждого человека: кто подлец, кто равнодушный, кто трус, а кто спокоен и не паникует, помогает другим. Все в те дни мы были Людьми. Самими собой без масок — и не важно, депутат этот был или простой сантехник, 70 тебе лет или 14. Это была пора кристальной чистоты понимания. Я рада, что мне довелось её испытать. 

Krimskaya-vesna6

Автор
( 0 оценок )
Изложение
( 0 оценок )
Актуальность
( 0 оценок )