В 20-х годах в Крыму было около 4 тысяч учителей

До сих пор в инструкциях по оформлению разного рода официальных бумаг существуют указания как быть, если человек, который должен их подписывать, неграмотный. Как ни странно, такие люди еще встречаются, хотя в Крыму их можно пересчитать по пальцам. Это, конечно, дети-беспризорники, но есть и пожилые, которые в свое время каким-то образом избежали всеобщего обязательного обучения. В этом году как раз исполняется 80 лет с тех пор, как оно было введено в Советском Союзе, и это наследство, принятое независимой Украиной, можно считать одним из самых значимых.
Это было интереснейшее время — 20 — 30-е годы прошлого века, когда в Крыму рождалась школьная система. В голодные годы походы в школы для учеников в полном смысле слова были жизненно важными — там давали горячие завтраки с хлебом, иногда даже молоко. В некоторых деревнях и в 30-х годах сохранялась традиция проведения уроков не в классах, а в личном огороде или винограднике учителя, оценки же ставились в зависимости от щедрот родителей. А вечные как мир школьные конфликты, жалобы коллег или учеников могли перерасти в «политическое» дело.

Слабые места
Школьных учителей к концу 20-х годов насчитывалось около 4 тыс., а к 1935 г. их было уже 5 тысяч. Высшее образование имел примерно каждый пятый: это были и те, кто учительствовать начал еще до революции, и те, кому после нее пришлось сменить специальность. Первые несколько лет после установления советской власти в Крыму это было несложно: специальная комиссия Крымнаркомпроса устанавливала, может гражданин работать учителем или нет, и выдавала направление в школу. Или на краткосрочные курсы, если претендент по каким-либо причинам не дотягивал до нужных параметров. Добрая треть педагогов имела лишь среднее образование, а остальные низшее, иные сами… еле умели читать, писать и считать. «В алуштинской татарской школе по сей день преподают по учебникам Мусанифа Якуба (этот литератор уже был исключен из партии, его ждали арест и расстрел — авт.), — негодовал на всекрымском съезде учителей в 1936 году председатель Совнаркома Крымской АССР Абдуреим Самединов (его расстреляли в 1938-м). — Преподаватель товарищ Софу еще не знает орфографии крымскотатарского языка, пользуется старыми арабскими терминами…» К тому времени уже шесть лет как в крымскотатарской письменности воцарилась кириллица вместо арабского шрифта, но пожилым учителям из отдаленных деревень перестроиться было очень сложно, тем более что до них в основном доходили лишь «указивки», но не обучающие материалы. Та самая черта, проведенная 80 лет назад, за которой начиналось обязательное образование для всех, была вовсе не большим достижением, а началом невероятно сложной и долгой работы. В классах сидели разновозрастные ученики, педагоги интересовались, что делать с «неспособными», заядлыми двоечниками и второгодниками, которые никак не могли осилить школьную премудрость. Им явно нужно было особое обучение, требовались новые методики и подходы.
Газета «Известия» от 1936 г. сообщала, что процент «неспособных» в иных школах доходит до 75%. У крымских школьников слабым местом были письменные русский и родной языки, плохие оценки по этим предметам имел каждый четвертый ученик. В марте того же года проведенный Наркомпросом КрымАССР анализ письменных работ в шести симферопольских школах показал, что из 124 письменных работ объемом 230 слов без ошибки не было ни одной, даже у старшеклассников. А общее количество ошибок достигало 1830, по 14 — 15 на каждую.
Учителей, пытавшихся формально улучшить картину, завышая отметки, выявляли и наказывали. С математикой положение оценивали как катастрофическое. Вот данные проверки успеваемости, проведенной в 1935 г.: «В образцовой школе Бахчисарая в 5 классе из 43 человек правильно решили задачу только 6. Особенно неблагополучно обстоит дело с преподаванием истории и географии. Зачастую их преподают педагоги без высшего образования, с недостаточным знанием фактического материала».

Зарплату задерживали
За место учителя держались, это был не только почетный труд, но и источник скромного, однако более или менее стабильного дохода. Кстати, невыплата зарплаты учителям вовсе не печальный факт новейшей истории. Вот, пожалуйста, крик души — письмо сельских педагогов, опубликованное в газете «Красный Крым» летом 1935 года: «Как известно, учителя должны получать зарплату 5 и 20 числа каждого месяца. Эльский сельсовет (Бахчисарайский район) не выполняет директивы партии и правительства, здесь учителя не получают зарплату месяцами. Когда мы заявили об этом председателю сельсовета т. Решадову, он нам ответил: есть учителя, которые по 3 месяца зарплаты не получают, а вы не можете месяц потерпеть».
А терпеть тогда было сложно. Подрабатывать, как сегодня, репетиторством педагоги не могли: еще в 1923 году Наркомат просвещения СССР издал постановление, запрещающее репетиторство школьным учителям и вообще всякие занятия вне школы (на них надо было получить особое разрешение отдела народного образования). Нарушители как минимум могли лишиться работы. Но самые предприимчивые учителя все-таки находили варианты — например, в Улаклынской школе Бахчисарайского района комиссия Крымнаркомпроса выявила педагога, одновременно служившего секретарем сельсовета. Раздвоиться он, конечно, не мог, поэтому зачастую в школе оставлял за себя жену, женщину малограмотную. Она держала учеников в классе
1 — 2 урока, а потом распускала их по домам.
Учителя начальной школы в зависимости от стажа получали от 240 — 270 до 330 рублей. Работавшие в 5 — 7 классах неполных средних и средних школ имели оклады 280 — 370 рублей, а преподаватели 7 — 10 классов — 290 — 400 рублей. Зарплата директоров больших городских школ достигала и 600 рублей. Кстати, хлеб тогда стоил 1,9 руб./кг, метр шерстяной ткани — 80 — 100 руб., а хорошие туфли могли «съесть» всю месячную зарплату новичка на ниве просвещения. Именно поэтому такой восторг вызывало награждение учителей-передовиков: их премировали дорогими подарками — отрезами на костюмы и платья, патефонами, часами, радиоприемниками.

Oblico morale
Советские довоенные фильмы учителя рисуют только светлыми красками: он может достойно выйти из любой конфликтной ситуации, проявить мудрость, такт, сочувствие к ученикам. Но, конечно, люди всегда были разными, и с учителями даже случались ЧП вроде стычек, даже кулачных, с учениками и коллегами. Тогда ряды педагогов активно пополняли женщины, в деревнях образование плюс работа уже считались капиталом и годились в качестве довеска к приданому. В 20 — 30-х годах немало учительниц порывали с семьями из-за того, что их пытались насильно выдать замуж.
А 1935 год ознаменовался громким скандалом, связанным с директором Старо-Шулинской школы (тогда Балаклавского района) Куршутом Джелялом. Он решил взять в жены… 15-летнюю ученицу. Девушка, правда, строила другие планы, она хотела учиться, но ее мнение не имело значения ни для родителей, ни для жениха. Отец попытался силой увезти ее прямо с праздника, посвященного окончанию семилетки, чтобы доставить к будущему мужу. И лишь вмешательство других школьников помешало этому. Однако пару недель спустя родные все-таки насильно привезли девушку к жениху, но та, не побоявшись пересудов, сбежала. Шум поднялся большой, причем директора школы в итоге судили не только по уголовным, но и политическим статьям — отыскались в его биографии родственники-кулаки и отец, бывший в царское время деревенским старостой.
Кстати, год спустя уже нового директора той же Старо-Шульской школы снова тащили на ковер, но уже за другие грехи — политическую близорукость. Его уличили в том, что он не проработал как следует решения Совнаркома и ЦК партии о работе в школе и не ввел новую пятибалльную систему оценивания. Достижения учеников там по-прежнему определялись лишь как «неудовлетворительно» и «удовлетворительно».
В те времена каждое заметное явление в стране тут же аукалось на местах. Более того, здесь, как правило, требовали похожих достижений и успехов. Знаменитый рекорд шахтера Алексея Стаханова, выполнившего за смену 14-кратную норму, вызвал появление стахановцев в самых разных отраслях. И даже в школе. Бурное негодование крымских чиновников вызвали попытки установления рекордов в виде… сокращения школьной программы. Например, в Альма-Тарханской неполной средней школе географ Костенко, объявив себя стахановцем, урезал 65-часовую программу до 24 часов. В итоге половина его учеников-четвероклассников получили оценку «плохо». Учитель русского языка Чабаш из симферопольской школы №38 провозгласил свой стахановский рекорд: годовую программу за 6 месяцев. Правда, ему развернуться не дали, и обиженный педагог долго строчил жалобы во все инстанции, вместо того чтобы «по-стахановски» поднимать успеваемость.
Никто не спорит, что учитель должен и сам постоянно совершенствоваться, но в то время от педагогов требовали не только улучшения профессиональных навыков. Дорогого стоила правильная ориентация — политическая, конечно. Неосторожное слово при обсуждении последних событий в стране могло обойтись дорого. Как, например, учителю ялтинской школы №4 Андрею Захарову или преподавателю сакского техникума Еве Зак — первый был приговорен к расстрелу, а вторая к 5 годам лагерей, оба за антисоветскую агитацию. Одному из учителей школы в Лариндорфском районе (часть нынешнего Первомайского) стоил работы ответ на вопрос: «какую политическую литературу читаете?» Несчастный припомнил лишь завалявшуюся в домашней библиотечке «Азбуку коммунизма». А книга-то была признана политически ошибочной, ее автор Николай Бухарин уже был в опале, совсем немного оставалось до его ареста и расстрела.
Ученики, впрочем, тоже вносили свою лепту в репрессии против учителей — по глупости, злобе, «политической бдительности». Каждая большая кампания в стране — антирелигиозная, против курения и алкоголя (конец 20-х годов), за культуру — приносила свой урожай. Вряд ли ученики Бахчисарайского ФЗУ хотели, чтобы их директор и завуч были уволены, но жалобу на то, как они, решая какой-то производственный вопрос, громко ругались матом, написали. А учительницу из деревни Джалман по доносу ученика о том, что у педагога покойный отец был муллой, признали недостойной находиться в рядах советских педагогов.

Автор
( 0 оценок )
Изложение
( 0 оценок )
Актуальность
( 0 оценок )

Отзывы и комментарии

Написать отзыв
Написать комментарий

Отзыв - это мнение или оценка людей, которые хотят передать опыт или впечатления другим пользователями нашего сайта с обязательной аргументацией оставленного отзыва.
 
Основной принцип - «посетил - отпишись». 
Ваш отзыв поможет многим принять правильное решение

 Комментарии предназначены для общения и обсуждения , а также для выяснения интересующих вопросов

Не допускается: использование ненормативной лексики, угроз или оскорблений; непосредственное сравнение с другими конкурирующими компаниями; размещение ссылок на сторонние интернет-ресурсы; реклама и самореклама, заявления, связанные с деятельностью компании.

Введите email:
Ваш e-mail не будет показываться на сайте
или Авторизуйтесь , для написания отзыва
Автор
0/12
Изложение
0/12
Актуальность
0/12
Отзыв:
Загрузить фото:
Выбрать